Екатерина Ливанова (Кэт Бильбо) (kat_bilbo) wrote,
Екатерина Ливанова (Кэт Бильбо)
kat_bilbo

Продолжение

Объемчик не влез, пришлось разбить на две части:



...Немного времени прошло, и призвала деву Келебвен к себе королева-мать Фэовин, и сказала ей так: «Сын мой Эарнил молод и еще не взял себе жены; меж тем он рискует головой в военных походах, и боюсь я, что не успеет он оставить наследника себе, и прервется род Королей. Не должно ли нам найти ему достойную невесту, если он сам по сию пору не нашел себе избранницы по сердцу?» Королевна же знала в землях Итилиэна деву-воительницу, что была столь же прекрасна, сколь и доблестна. И зная, что по сердцу ее племяннику придется такая дева, предложила она ее в жены молодому Государю. И сказал тот, что знает эту деву, и что мила она его сердцу, и просил мать и тетушку сговорить деву-воительницу, дабы вошла она в Белый Город королевой.

И тогда собрались в путь королева-мать и королевна Келебвен, и в сопровождении воинов отправились в крепость Минас Итиль – сватать прекрасную воительницу за молодого Государя. Ехали они по цветущей земле Гондора и радовались затишью меж войнами и походами, и грезили о том, как сыграют в Столице государеву свадьбу на радость всем людям Королевства, и светлой надеждой полнились их сердца. С тем и прибыли они в земли Итилиэна, и встречены были там воинами лорда-наместника, и тайным подземным ходом были препровождены в цитадель Минас Итиль. И узнали они там, что лорд Итилиэнский отправился в поход к восточным рубежам, власть же в отсутствие его держал его старший сын. И рассказали королева Фэовин и дева Келебвен княжескому сыну о сватовстве Короля, и призвал он деву Эллен, воительницу, и согласилась прекрасная дева стать женою Государя, однако просила она подождать, ибо была она сиротой и вверила судьбу свою наместнику Берегонду, как отцу и лорду, и должна была теперь испросить его благословения.

И сказал тогда княжеский сын: «Государыня моя и ты, королевна Келебвен, будьте желанными гостьями в Минас Итиль и не спешите с отъездом; отец мой и лорд скоро возвратится, у вас же будет время свести близкое знакомство с той, кто войдет королевой в Белый Город». И с радостью согласились они, и стали ждать возвращения лорда Берегонда под родной кров. И проводили они время в беседах и увеселениях, ибо в ту пору война откатилась к самым дальним рубежам, и в землях Гондора стояло доброе лето. И как-то раз за беседой юный внук лорда-наместника спросил у королевны: «А скажите мне, леди Келебвен, нравится ли вам дед мой, лорд Берегонд?» И открыла ему свое сердце королевна, и сказала так: «Дитя мое, если бы не был твой дед женат – не стала бы я искать более близкого моему сердцу». И удивился тогда мальчик, и сказал ей: «Разве не знали вы, что дед мой уж много лет тому, как вдов?» И, смутившись, поняла королевна, что до сих пор не решалась она узнать о том.
Прошло немного дней, и все чаще думала королевна Келебвен о лорде Берегонде, и разговаривала о нем с женщинами его дома. И узнала она, что потерял он свою супругу родами младшего своего сына. И многие достойные дамы тайно или явно мечтали войти хозяйкой в его дом, и родичи его предлагали ему жениться вновь, но с той поры обратил все свои силы и помыслы благу Королевства. И все чаще билось сердце королевны, ибо, несмотря на почтенный возраст, был лорд Берегонд по сию пору в расцвете сил и мужества, и чело его было прекрасно и благородно, как и подобает истинным сынам Запада. И понимала Серебряная Королевна, что не только дела Государя заставляют ее с нетерпением ожидать возвращения лорда-наместника, и что стал он радостью ее сердца.

И настала пора, когда возвратился лорд-наместник из похода, где сопутствовали ему ратная удача и слава, и радость наполнила стены цитадели Минас Итиль. И изложили лорду-наместнику королева-мать и королевна Келебвен сватовство Короля, и с радостью благословил лорд Берегонд Итилиэнский деву Эллен на брак с молодым Государем. И когда призвал он в парадные покои деву-воительницу, дабы дать ей свое благословение, вошел туда его юный внук и сказал ему: «Дед мой и лорд, радуйся: я нашел тебе даму твоего сердца!» И ответил ему лорд Берегонд: «О чем говоришь ты, дорогой мой внук? Немолод уже я, и одною ногой стою в могиле; весна моего сердца давно отцвела; дама же, о коей говоришь ты, скорее всего молода. Да и о ком ведешь ты речь?» И сказал тогда ему мальчик: «О королевне Келебвен веду я речь, ибо знаю я, что мил ты ее сердцу». И опустила глаза свои королевна, и в волнении стала ждать, что же ответит на эти слова ее возлюбленный лорд. И поднял глаза на королевну лорд Берегонд, и сказал так: «Если и вправду мил я твоему сердцу, королевна, то знай: и ты мне мила, и если ты согласишься соединить свою судьбу с моей, то не будет для меня большей радости». И сказала ему на то королевна Келебвен: «Мой лорд, я согласна разделить с вами и радость, и горе, ибо сердце мое принадлежит вам».

И так были сговорены в стенах цитадели Минас Итиль две свадьбы вместо одной, и словно на крыльях отправились в Минас Анор королева-мать и королевна Келебвен, дабы обрадовать молодого Государя. И радовался Государь Эарнил как за свою любовь, так и за счастье своей любимой тетушки, благословляя ее, и сказал – по осенней поре быть в Столице двум свадьбам.

И снова немногое время прошло в радостных заботах, когда сгустилась тень и принесли гонцы тревожные вести: воинства Харада подошли под стены Минас Итиль, и нет тем воинствам числа, и разразилась под стенами цитадели великая битва.
И в ожидании вестей стояла на венце городской стены королевна, и всякий раз сердце ее замирало, когда спрашивала она – стоит ли еще Минас Итиль? Жив ли ее возлюбленный лорд Берегонд? И всякий раз отвечали ей гонцы: неприступны стены Минас Итиль, крепка рука лорда-наместника, и раз за разом откатываются назад с позором полчища врагов. Государь же в те поры не мог поспешить на помощь лорду-наместнику, ибо был он тяжко ранен в одном из боев, а полчища узкоглазых кхандцев и темнолицых харадрим шли и шли с Востока и Юга, и ждала Минас Анор осады со дня на день.

И вот однажды среди белого дня сморил Серебряную Королевну тяжкий сон. Снилось ей, что смутная тень крадется к ее возлюбленному лорду Берегонду, и поднимает та тень руку с зажатым в ней острием, дабы ударить в спину лорда-наместника, а он и не ведает о том. И призрачный голос сказал сестре Короля: «Война в Королевстве Людей, дева Келебвен. Не поспешить ли тебе со свадьбой?..»
Вскрикнув, очнулась королевна от сна, и тревога сжала ее сердце. Никому не сказав ни слова, покинула она дворец и тайным подземным ходом поспешила она прочь из Столицы. Что есть силы гнала коня королевна к мосту средь руин Звездной Цитадели, через мост и далее – по цветущим землям Итилиэна, где на дорогах уже отпечатались следы вражьих войск. И среди скал и камней отыскала она тайный ход в сердце Минас Итиль, и вошла она в цитадель в тот самый миг, когда обратились в бегство от стен цитадели остатки харадской рати. И встретил ее лорд-наместник Итилиэнский, едва успевши снять с плеч доспехи и отложить меч, и сказал он ей такие слова: «Война в Королевстве Людей, дева Келебвен. Не поспешить ли нам со свадьбой?» И, опустив глаза долу, так ответила ему королевна: «Затем и пришла я сюда, к вам, мой лорд». И сказал тогда лорд Берегонд: «Призовите сюда последнюю из эльдар Итилиэна - хочу я, чтобы немедленно она свершила надо мной и дамой Келебвен свадебный обряд, ибо кто знает, когда исполнится судьба над каждым из нас?»
И покуда искали люди наместника последнюю из эльдар Итилиэна, вошел к лорду-наместнику королевский родич Элладан и сказал такие слова: «Мой лорд, ныне совершенно уверен я в том, что бывший лорд-наместник Умбара, которого изловили мы вновь и заключили здесь в темницу, виновен в черной измене и предательстве Государя; что сделаешь ты с ним?» И в сердцах так сказал лорд Берегонд: «Повесьте негодяя на воротах, дабы в смутное время неповадно было прочим предаваться измене». И сказал ему следопыт Элладан: «Гоже ли казнить лорда как вора, позорною смертью?» И ответил ему лорд-наместник: «Правда твоя, негоже. Так пойди и казни его сам быстрою смертью, но чтобы к вечеру головы его не было на плечах». И с такими его словами отправился лорд Элладан исполнять назначенное. Королевна же Келебвен, слыша это, почуяла в том беду, но не решилась возразить, ибо не знала многого о бывшем наместнике Умбара и не нашла нужных слов, чтобы вступиться и испросить ему жизни. И многое горе впоследствии принесла ее нерешительность, но об этом будет сказано позже.

Тем же временем предстала пред очи королевны и лорда Берегонда последняя из эльдар Итилиэна, и сказал ей лорд-наместник: «О леди из народа эльдар, что осталась в моей земле во имя любви к воину из рода людей! Ныне прошу я тебя свершить надо мной и невестой моей, королевной Келебвен, свадебный обряд во имя нашей любви и надежды, чтобы видели люди – не только смерть ступает по этой земле. Ныне желаю я праздновать свадьбу!» И тогда под сенью зеленых дерев свершила дама эльдар над ними свадебный обряд, как и просил ее лорд-наместник, и сказала так: «Пусть же пребудет над вами благословение валар, и пусть любовь ваша будет залогом весны в землях Королевства». И, склонившись, крепко поцеловал лорд Берегонд свою супругу даму Келебвен. И сказала дама Келебвен: «Дитя, что родится у нас, нареку я Эстэль – во имя надежды для людей в смутные времена». И сказал супруг ее, лорд-наместник: «Да будет так».
И еще сказал лорд-наместник: «Сегодня праздную я свою свадьбу, и пусть старший сын мой вершит власть и суд, я же на время удалюсь от дел, дабы побыть с возлюбленной моей супругой. Во время войны, когда кровь и слезы кругом, не подобает мне праздновать громко и весело, так что прошу я лишь, чтобы не тревожили меня и мою супругу короткое время». И, призвав немногих друзей, удалился лорд Берегонд с супругой своей в дальние покои цитадели, и приказал принести вино и угощение, и сел там об руку с дамой своею Келебвен.
И, склонившись к нему, тихо молвила Серебряная Королевна: «Ныне скажу я тебе, супруг мой: долгое время избегала я избрать себе мужа, ибо предсказано было мне, что погибнет мой избранник, не дожив до свадебного торжества. И лишь встретив вас, супруг мой и лорд, отринула я боязнь и решилась соединиться с вами. Но тревога не оставляет меня – все же страшусь я вас потерять». И, обняв королевну, так ответил ей лорд Берегонд: «Не бойся, любовь моя: посмотри, все уже свершилось, и я жив, и рядом с тобой; оставь же свой страх – отныне я тебя не покину».

И не успела круговая чаша свершить полный круг, как вбежал в покои вестник и сказал: «Вдовствующая королева-мать и молодой Государь прибыли в Минас Итиль, ибо беда постигла Белый Город Минас Анор: полчища воинов с Юга приступом взяли высокие стены, и многие воины Гондора полегли там. Королева же мать с немногими стражами вывели из Минас Анор молодого Государя, ибо не успел он еще оправиться от раны, полученной в прошлых боях, и ныне стоят они у тебя на пороге, мой лорд!» И сказал лорд Берегонд: «Так просите же Государя и королеву-мать оказать мне честь освятить своим присутствием мой свадебный пир! Старший же сын мой пусть отправится с войском к столице, дабы достойно наказать дерзких захватчиков». И сделано было по реченному, и Государь Эарнил с королевой-матерью освятили своим присутствием свадебный пир в Минас Итиль, войско же наместника выступило в поход без промедления, и в суровом бою очистило от захватчиков Белый Город, но о том не будет у нас здесь речи.

И в разгар свадебного пира вошел в покои некий безумец, что жил в цитадели среди людей наместника. И, будучи в помутненном разуме, стал он возводить хулу и поношение на молодого Государя и на королеву-мать, и не слушал он ни слов, ни увещеваний. И, разгневавшись, встал от пиршественного стола королевский родич Элладан и, достав свой меч, зарубил насмерть безумца перед лицом королевы-матери, и хлынула кровь на свадебный стол. И в этот миг вошел в покои еще один вестник, и сказал такие слова: «Мой лорд, некие люди просят видеть тебя, и говорят, что дело их не терпит отлагательств. Говорят они, что принесли тайные вести, назначенные только для твоего слуха. Что сказать мне им?» И ответил лорд Берегонд: «Скажи им, что выйду я к ним и выслушаю, что за вести принесли они мне». Снова встал тогда Элладан Следопыт и сказал: «Лорд мой и друг, не ходи к этим людям – не будет с этого добра». Но ответил ему лорд-наместник: «Выйду я к ним, ибо только воистину важные дела могли заставить этих людей позвать меня от свадебного стола». И, махнув рукой, сказал ему Элладан: «Делай, как знаешь, и быть тому, что будет!», и сел. И сказала супругу королевна Келебвен: «Муж мой, не покидай меня!» И ответил ей лорд-наместник: «Любовь моя, ненадолго покидаю я тебя; подожди краткое время, и я вернусь!» И с этими словами вышел он вслед за вестником.
И, обратившись к Элладану, так сказала Серебряная Королевна: «Скажи мне, мой родич, отчего ты счел возможным обагрить кровью наш свадебный стол?» И ответил ей Элладан Следопыт: «Черное искажение говорило устами этого безумца, и не мог я стерпеть поношения, что возвел он на Государя и королеву-мать; будь он в здравом уме и при оружии, или вне рассудка и безоружен – не смог я снести этой черной хулы, и прав я в деянии своем!» Государь же на это смолчал, а королева-мать рассмеялась. И, покачав головой, с горечью сказала королевна Келебвен: «Дурное ты сделал, родич, и дурной это знак». Государь же с королевой-матерью удалились, ибо нуждались в отдыхе от долгого пути, ран Государя и лишений.

Здесь вошел в покои незнакомец с лицом суровым и мужественным, и с ним еще один человек, лицом уроженец Востока. И сказал незнакомец королевне такие слова: «Я – князь Кардолана, и прошу я тебя, мудрая леди, о суде и защите на этой земле перед лицом твоего супруга и Государя, твоего племянника!» И сказала ему королевна Келебвен: «Скажи мне свою беду, князь, и клянусь в том, что помогу я тебе всем, чем только смогу». Встала она от свадебного стола и вышла с князем Кардоланским из покоев в сад. И так сказал ей князь Кардолана: «Ныне вернулся я из дальних странствий по землям Востока, где прожил я долгие годы, и многие люди там стали мне братьями в горе и радости. Что же услышал я здесь? Что будто восходит в восточных землях Древнее Зло, и льется кровь людей на черные алтари. Сам, своими глазами, видел я, что нет в земле Востока черных алтарей, и люди той земли благородны и добры. И в том готов поклясться я и кровью королей Запада, что течет в моих жилах, и моей дружбой с жителями Востока, что свята для меня, и самой своею жизнью; и если окажется неверным мое слово, то сам я брошусь на мой меч». И тень тяжелой думы пала на чело королевны, ибо было ей известно, что уже оросила кровь алтари Древнего Зла в землях Востока. И подумала она, что жестоко обманут князь Кардолана, ибо не чуяла она зла в его сердце, а видела только лишь боль и желание защитить тех, кого считал он своими братьями и друзьями. И сказала она так: «Обещаю тебе, светлый князь, что буду заступницей для невинных, но прежде должны мы доподлинно узнать, правду ли знаешь ты о тех, кого назвал своими братьями. И если согласен ты взглянуть в лицо этой правде, то буду просить я моего супруга, лорда-наместника земли Итилиэна, о справедливом разбирательстве и суде». И склонил голову князь Кардолана: «Да будет так, как ты сказала, ибо верю я тебе, мудрая леди, и порукой тому пусть будет мой меч и моя клятва защищать тебя и хранить от любой беды, буде случится в том необходимость». И сказала королевна: «Пойдем же, светлый князь, и отыщем моего супруга, ибо вижу я, что сердце твое тревожится и дело твое не может ждать». И с этими словами вышла она на двор цитадели, где ожидали ее мужа неведомые вестники.

На дворе же увидела она толпу воинов под багряным светом факелов, ибо солнце тем временем зашло и пала ночь. Торопясь, приблизилась она к воинам, и князь Кардоланский шел вместе с ней. И не видя, что закрывают они своими широкими плечами, она тронула за рукав ближнего из них и спросила: «Скажите, где супруг мой, лорд Берегонд?» И угрюмый воин, обернувшись, ответил ей так: «Только что муж ваш, высокая дама, был заколот насмерть умбарским подсылом, проникшим в цитадель под видом купца». И увидела она среди воинов родича своего Элладана, и спросила у него в ужасе: «Родич мой, что такое говорит этот воин? Только что сказал он мне, будто убит супруг мой, лорд Берегонд! Правда ли это?» И ответил ей лорд Элладан, следопыт Севера: «Правду сказал он тебе, королевна – твой муж, Наместник Короля, лорд Берегонд Итилиэнский, мертв». И, сердцем почуяв, что правду сказал ей лорд Элладан, схватилась королевна за голову, и вскричав: «Подожди же меня!», пала на каменные плиты двора.

Пала наземь Келебвен, Серебряная Королевна, и дух ее оставил тело. Бесплотной тенью встала она с холодных плит и отправилась незримыми путями, о коих и знала она лишь то, что в незапамятные времена той же дорогой шла за своим возлюбленным Береном - прапрапрабабка ее, дева Лютиэн из Дориата. Ни о праве не думала королевна в тот миг, ни о силе, ни о том, что путь этот для живых закрыт. Одна лишь любовь вела ее на этом пути – любовь, что не спрашивает права, не считает сил и не знает невозможного. В груди у нее болело от песни, что была оборвана на полувздохе - и тогда, не в силах молчать, отворила она уста и запела из самого сердца, и были в той песне и тоска, и надежда, и зов, и любовь. И безликая тьма распахнулась перед ней, открывая путь, и на том пути встретил ее черный лес с мертвыми ветвями в немой тишине.
Тенью скользнула королевна в этот лес, и он принял ее тень, и увидела она крутой высокий склон, и сердцем услышала, что туда лежит ее путь. И поспешила она вверх по склону, и дыхание ее срывалось, и ветки кустарника и валежник путали ей ноги, цепляясь за рукава и покрывало...

А меж тем склонились над королевной, лежащей без чувств на холодных камнях цитадели, родич ее Элладан и князь Кардолана. И сказал князь Кардоланский, омочив ей виски травяным отваром: «Кровью королей, бегущей в моих жилах, и силою травы ацэлас заклинаю тебя: встань и живи, королевна!» И стали теплей ее холодные руки, но закрытыми остались ее глаза. И сказал лорд Элладан, следопыт Севера: «Кровью людей Запада и светом Элберет заклинаю тебя: встань и живи, королевна!» И стало слышнее ее дыхание, но закрытыми остались ее глаза. И сказал тогда Элладан Следопыт: «Может быть, просто слишком слабы силы ее души, и не стоит звать ее боле и пытаться вернуть?» И сказал ему владетель Кардолана: «Не простой это сон и не смерть это, достойный лорд. Думаю я, следует нам дать ей покой и позаботиться о ней». «Твоя правда», - ответил ему лорд Элладан, поднял на руки Келебвен, Серебряную Королевну, и увез ее в тайное убежище следопытов Юга – башню, сокрытую меж водопадов и скал. И в башне, положив бесчувственную королевну на ложе, сел он у изголовья ее и задумался крепко. Думал он о том, что вина его лежит на смерти друга его, лорда Берегонда – один раз, когда подогрел он гнев Наместника и направил его карающую руку на бывшего лорда Умбара, и второй раз, когда не послушал его Берегонд, выходя из свадебной залы вопреки совету, и со зла остался на пиру Элладан, бросив вслед другу: «Ну так будь, что будет!». И горечью полнила его сердце неизбытая вина.
И задумавшись так, внезапно заснул Элладан Следопыт, уронив на руки голову, и во сне мнился ему темный лес, слепой и заросший, где в душной тишине глухо ворчали в глубоких распадках клочья тьмы и черные ямы открывали у ног идущего свои жадные рты, и где лишь скрип мертвых ветвей в безветренном небе нарушал могильный покой. И от могильных ям шагнул он вверх по склону, и, подымаясь, увидел он вскоре одинокую тень женщины, что, как и он, взбиралась вверх, в кровь раздирая руки о сучья и шипы, падая и поднимаясь вновь. Увидел он, что лицо ее бледно, а силы ее на исходе, и хотел сказать ей – но понял, что не размыкаются его уста, и не может он вымолвить ни звука. И она увидела его, и глаза ее говорили: «Что ты делаешь здесь?!» – но сама она молчала. И тогда взял он ее за руку, и повел он королевну через мертвый лес, вверх и вверх по склону холма. И когда в молчании взошли они на вершину, был там тоже лес, но иной – зеленой листвой шелестел он в летней ночи. И понял следопыт Элладан, что силы его на исходе, а королевна Келебвен одарила его взглядом, где увидел он серебряный звездный свет, и отняла у него свою руку, и глаза ее сказали ему: «Уходи теперь!» - но сама она молчала.
И успел увидеть Элладан, следопыт Севера, золотые отблески огня меж стройных стволов и зеленых ветвей, и вышел из-за деревьев друг его, лорд Берегонд, и лицо его было бледно, а на одежде была кровь. Собрал последние силы лорд Элладан и хотел сказать ему о своей вине, но лорд Берегонд кивнул ему головой и приложил палец к губам , и все пропало от его глаз.

Бледным рассветом проснулся Элладан Следопыт в башне, у ложа спящей королевны, и увидел он в окно, как черный дым пятнает небо над Минас Итиль, и черная рука сжала его сердце. Без отдыха гнал он коня он до самой цитадели, а достигнув ее – лишь руины и мертвый пепел нашел он, и на пепелище – старого воина да еще немногих людей, чьи лица черны были от гари и горя так, что и черт их было не различить. Они хоронили черные угли и пепел, что остались и от воинов, и от прекрасных дев, от детей, стариков и матерей. Предательство открыло оборотням Тьмы двери подземного хода, предательство опалило ночным огнем стены и башни цитадели. Так пала Минас Итиль, чтобы более не подняться.

Королевна же Келебвен поспешила навстречу своему супругу, и он протянул ей руку, и, глядя на нее с печалью, сказал он ей: «Поплатился я за то, что казнил умбарского лорда – не имел я на то ни права, ни власти; зло поднялось из моего сердца, и это зло я омыл его кровью. И верные ему люди свершили свою месть». И молча обняла она его, и сердце ее болело о том, что не вступилась она за умбарского лорда тогда, когда было тому время и место.
И сказал ей лорд Берегонд, ведя ее к золотому огню меж деревьев: «Здесь краткий отдых на долгом пути; сядь с нами у огня, моя дорогая, подкрепи силы вином – вижу я, что ты устала». У огня же увидела она еще друга своего мужа, погибшего вместе с ним от рук умбарских подсылов, и еще один был там же, но кто он был – она так и не узнала. Муж усадил королевну на густую траву у костра, и был он рядом с ней, и в то же время - далеко. И когда заговорил он вновь, поняла королевна, что с каждым его словом уходит от него все, что оставил он за дверями жизни, чтобы открылся ему путь к неведомым краям. И тогда с усилием разомкнула она уста и сказала вслух: «Не думай об этом хотя бы до утра. Прошу тебя, просто поверь мне – не думай и не говори!» И тогда посмотрел князь в ее глаза, и увидела она в них любовь, и сказал он громко: «Что бы там ни было и что бы ни стало – мы празднуем нашу свадьбу!» И обнял он королевну, и крепко ее поцеловал, и теплы, словно у живого, были его уста.
Славные песни звучали в ту ночь у костра в неведомом лесу – и хвала воинской доблести, и скорбь об ушедших были в тех песнях, и грусть расставания, и свет надежды. А когда затихли песни и кончилось золотое вино, лорд Берегонд взял свою супругу за руку и увел ее в шатер, укрытый среди стволов и ветвей, поднял ее на руки и уложил на ложе, что застелено было мохнатыми мягкими шкурами зверей, и был с нею в эту ночь.

Земля Итилиэна была уже не единожды опалена огнем, а Минас Итиль давно лежала в развалинах, когда королевский родич Элладан в краткое затишье меж битвами вернулся в потаенную башню. И что же увидел он там? Распахнутую дверь, отпертую изнутри, пустое ложе, где некогда спала Серебряная Королевна, и перстень ее с зеленым камнем, уложенный в изголовье неслучайной рукою. И никто из тех, кто знал даму Келебвен, не встречал ее более никогда на этой земле.

Так ты спрашиваешь меня, дитя мое, о том, что же стало с нею? Не знаю, не знаю... кто говорит, что ушла она по ту сторону Врат Жизни и не вернулась более. А может быть, так же, как Лютиэн, вернула она к жизни своего возлюбленного супруга, и ушли они от людских глаз, чтобы не тревожить иные судьбы, которым было назначено свершиться. А еще говорят люди – мол, вернувшись одна, скрылась королевна от жадных и жестоких глаз в неведомых краях – дороги ли Севера спутали ее след, туманы ли Запада укрыли ее тень... Но унесла и сберегла она под сердцем семя любви, нарекла именем надежды, и с той поры и поныне бродит среди людей королевская кровь. Приходит лихое время – просыпается любовь и надежда, и снова Зло падает от руки потомка королей... Нет, дитя мое, ты же помнишь – древнее золото редко блестит. По славным деяниям узнается королевская кровь... Спи сейчас – завтра будет новый день, и в новом дне помни о любви и о надежде, Эстэль...


-----------------------------------------
Этот текст был написан целиком и полностью по событиям игры «Смутное время», что прошла в мае 2003 г. под г.Харьковом. О самой игре, как некоем мастерском изделии, мне здесь сказать, увы, нечего, но даже на ней сумела случиться вот такая волшебная история, где – честное слово! – не убавлено и не прибавлено практически ничего из того, что произошло на игре – как я это видела, разумеется; разве что позволила я себе выровнять стилистику диалогов и отбросить то, что не относилось непосредственно к сюжету о Келебвен, Серебряной Королевне, и Берегонде, лорде-наместнике Итилиэнском.

29.08.2004

Tags: моё
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment