Екатерина Ливанова (Кэт Бильбо) (kat_bilbo) wrote,
Екатерина Ливанова (Кэт Бильбо)
kat_bilbo

Categories:

Механизмы манипуляции в текстах СМИ: часть 1

Оригинал взят у stigies в Механизмы манипуляции в текстах СМИ: часть 1

Очень давно хотел я это сделать, и вот, наконец.
Под катом лежит очень краткий пересказ первой главы диссертации моей коллеги, И. Г. Катенёвой "Механизмы и языковые средства манипуляции в текстах СМИ: на материале общественно-политических оппозиционных изданий". Я считаю эту информацию не только интересной, но и полезной. Хотя Ирина анализировала печатные оппозиционные СМИ, на самом деле выявленные и описанные механизмы манипуляции используются гораздо шире. Если вы научитесь "узнавать их в лицо", вы будете лучше видеть, как сделан тот или иной текст.
Ирина рассматривает манипуляцию как макростратегию; в рамках этой макростратегии реализуются манипуляционные стратегии, каждая из которых, в свою очередь, имеет определённый набор тактик; тактики воплощаются посредством приёмов. Отдельные тактики и приёмы описывались и до того, но Катенёва выстраивает систему — и это очень ценно.
Вторая глава диссертации посвящена анализу собственно языковых средств, позволяющих реализовать в тексте манипуляцию. Но делать её пересказ я не стал. Всех желающих отправляю к полному тексту диссертации (да и вообще, полный текст гораздо более информативен).
Несмотря на то, что я "резал как мог", пересказ всё равно получился очень объёмным. А ещё он изложен научным языком. Мне кажется, что читается довольно легко, но тем не менее, имейте в виду.
В некоторых случаях я оставлял примеры и их разбор, в некоторых — когда мне казалось, что всё очевидно — убирал их. В оригинальном тексте всё, конечно, намного более подробно.
По-моему, это интересно.

***
Манипуляция — вид психологического воздействия, при котором мастерство манипулятора используется для скрытого внедрения в психику адресата целей, желаний, намерений, отношений или установок, не совпадающих с теми, которые имеются у адресата в данный момент. Манипуляция в различных сферах деятельности характеризуется следующими признаками: скрытостью воздействия и его управляющим характером; наличием явного и неявного уровней воздействия; отношением адресанта коммуникации к адресату как средству достижения целей; стремлением инициатора общения изменить «установки» реципиента, чтобы получить односторонний выигрыш.
Понятия «адресат воздействия» и «объект манипуляции» не совпадают: адресат — тот, на кого направлено воздействие, объект — тот, кто не актуализировал момент манипуляции. Таким образом, адресатом манипуляции является активный читатель, который выявляет истинные интенции автора материала и расшифровывает манипулятивные приемы, а также оппонент (герой публикации), который эксплицирует момент умаления его авторитета и унижения достоинства, но не может доказать этот факт. В качестве объекта манипуляции выступает пассивный читатель, который доверяет конкретному журналисту и/или изданию, а также экономит собственные усилия при расшифровке сообщаемой информации.
С точки зрения мотива общения и действительных, а не декларируемых журналистом интенций можно выделить следующие манипулятивные стратегии.

Стратегия дискредитации
Стратегия дискредитации — стратегия, в основе которой лежит интенция, направленная на умаление авторитета оппонента, нивелирование образов конкретных деятелей в сознании читателя (делегитимизация), а также унижение, оскорбление и опорочивание объекта критики.
Рассмотрим самые распространенные дискредитирующие тактики.

1. Тактика «бездоказательное умаление авторитета» является универсальной. Суть этой тактики заключается в дискредитации деятельности и личности оппонента в глазах читателей за счет обозначения его самого или события, в котором он участвовал, словом или выражением, изначально содержащим в себе негативный оттенок для сознания реципиента.
Данная тактика базируется на следующих приемах.
Прием «принижение иронией» — уничтожение положительного образа объекта описания за счет высмеивания его деятельности или личных качеств, а не приведения конкретных фактов и аргументов.
Например: «Единая Россия» прошла в Думу, как ледокол, протянув за собой в полынье караван малых судов — КПРФ, ЛДПР, «Справедливую Россию». Затем полынья сомкнулась, и в ней замерли на дальних подходах к Думе странные суденышки — джонки, каноэ, речные трамвайчики, а то и просто надувные плоты. «Гражданская слабость» Барщевского, «Киприоты России» Семгина. «Угарная партия» Шандыбина.
Прием «принижение иронией» реализуется за счет языковой игры. Корреспондент создает в тексте развернутую метафору (партия — корабль в море политики), а также обыгрывает названия политических партий.
Прием «наклеивание ярлыков» — обозначение события или действующего лица словом или выражением, связанным в сознании реципиента с негативным явлением. Данный прием базируется на эксплуатации предрассудков и стереотипов.
Корреспонденты употребляют эмоционально-оценочные слова и устойчивые сочетания с негативной коннотацией, которые не относятся к разряду оскорбительных, так как журналист должен создать у читателя иллюзию конструктивной критики, объективности сообщаемой информации, справедливости выражаемых оценок, например: Поймать Путина и его сообщников за руку трудно — слишком профессионально они заметают следы своей неприличной деятельности. Видимо, переняли опыт Саддама Хусейна: американцы так и не смогли найти в Ираке достаточных доказательств коррупции при режиме Хусейна. Хотя Саддам и его сыновья купались в роскоши и ни в чем себе не отказывали.
Дискредитация образа руководства страны осуществляется за счет употребления слов и выражений с негативной коннотацией (поймать за руку, сообщники, неприличная, коррупция). Кроме того, в анализируемом отрывке реализован манипулятивный прием фидеистическое согласие, который работает в рамках всех манипулятивных стратегий. Фидеистическое согласие — журналист «представляет субъективное мнение в виде объективного факта, не требующего доказательств, или истины, не подлежащей сомнению» (Михальская). Чаще всего используется форма категорического суждения, в данном случае это утверждение, что поймать Путина и его сообщников за руку трудно.
Прием «экспрессивная иррадиация» — создание отрицательного отношения к событию и/или герою материала за счет помещения нейтральной номинации в негативный контекст. Объект дискредитации не обозначается словом, содержащим в себе негативный оттенок. Соответствующая коннотация возникает в читательском сознании по принципу аналогии, за счет однородного ряда, остальные члены которого связаны с негативными жизненными явлениями, например: Дневник коммунальщика. Выпуск первый: взятки, мат, «Единая Россия».
Прием «намек» — способ выражения авторской мысли, которая зашифрована в подтексте. Чтобы понять суть высказывания, читатель должен обратиться к своему жизненному опыту. Главным средством создания намека является приватизация знаний (создание иллюзии, что смысл высказывания читатель понимает сам, тогда как автор подводит его к определенной мысли).
Пример: У нас практически все реальные проблемы страны являются зоной повышенной секретности. Молчат начальники, политики, телеканалы набирают в рот саяно-шушенской воды.
Журналист апеллирует к воспоминаниям читателей, касающимся того, как освещалась в СМИ катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС (указание на общие фоновые знания). Для расстановки акцентов корреспондент специально разрушает образность фразеологизма «набрать в рот воды» за счет расширения его лексического состава.
Прием «трансляция журналистской оценки через выдуманного персонажа» — корреспондент создает иллюзию объективности сообщаемой информации, которая, как правило, носит разоблачительный характер, за счет ее озвучивания вымышленным персонажем. Это особая форма трансляции журналистской оценки, позволяющая обеспечить юридическую безопасность автору материала и редакции издания. Данный манипулятивный прием характерен для фельетонов.

2. Сопоставительная тактика используется журналистами для формирования негативного отношения читателя к оппоненту путем его сравнения с дискредитировавшим себя существующим или вымышленным лицом.
Прием «сравнение» — сопоставление или уподобление объектов описания по общему (отрицательному) признаку. Например: Что нас ждет: еще один правитель, рассматривающий 150 миллионов россиян как досадное дополнение к нефтяной и газовой трубе, — дополнение, которое можно живьем скормить ментам и чиновникам, и скрывающий от самого себя этот факт внешнеполитическими истериками? Или правитель, который не захочет, чтобы о нем писали, как об Анне Иоанновне, то есть в превосходных степенях — во время царствования — и как о пустом месте по окончании оного?
Развенчание положительного образа руководства страны строится не только на использовании эмоционально-оценочных слов и словосочетаний с негативной коннотацией (силовики, досадное, менты, истерики, заложник системы, живьем скормить, пустое место), но и сравнении президента с дискредитировавшим себя лицом — императрицей Анной Иоанновной.
Прием «апелляция к анекдоту» — корреспондент пытается аннулировать серьезность аргументов или действий оппонента за счет создания комического эффекта, поэтому, как правило, анекдот относится к разряду непристойных, например: Недавно на совещании в Тверской области глава министерства Алексей Гордеев безапелляционно заявил, что необходимо ограничить производство куриных яиц. Заявление министра Гордеева похоже на какую-то игру слов. Как в старом анекдоте. Собирающемуся на вечеринку поручику Ржевскому ординарец рассказывает забавную историю, чтобы тот мог блеснуть в компании. Представьте, говорит, идет Афродита и несет корзину с яйцами, а навстречу ей Аполлон с корзиной дерна. Она ему и говорит — следите, поручик, за игрой слов: «Дай дерну за яйца». Захмелевший Ржевский вечером пересказывает: идет Афродита, несет яблоки, а навстречу ей Аполлон, несет груши... И тут она ему — следите за игрой слов, господа: «Дай, — говорит, — дерну за яйца!» На самом деле, как цинично утверждают некоторые эксперты, инициативы Минсельхоза могут породить курочку, несущую золотые яйца чиновникам, решающим, чьим курам плодиться и размножаться.
Умаление профессиональных и личных достоинств министра сельского хозяйства происходит за счет конвергенции манипулятивных приемов: 1) обращение к словам объекта дискредитации (цитирование), которое делает дальнейшие рассуждения корреспондента убедительными, то есть основанными на конкретных фактах; 2) сравнение поведения чиновника с действиями поручика Ржевского, который, во-первых, является персонажем, злоупотребляющим алкоголем, во-вторых, не обладает достаточным интеллектом и тактом; 3) создание двусмысленности за счет столкновения в одном контексте нескольких значений слов «яйца» и «куры» (куриные яйца — яйца как элемент физиологии человека — золотые яйца).

3. Тактика «цитирование объекта дискредитации» заключается в обращении к словам человека, чей авторитет подвергается сомнению или даже полностью развенчивается.
Прием «выхватывание фразы из контекста» — представление части высказывания или помещение фразы в дискредитирующий контекст, что приводит к искажению ее значения или полному переворачиванию информации. Например, в материале, освещающем борьбу за новосибирский рынок компаний Coca-Cola и PepsiCo, представлена такая текстовая выноска: Как говорил в свое время бывший губернатор Виталий Муха, «нам все равно, чем водку запивать».
Только после знакомства с текстом публикации читатель узнает, что данная цитата имела другую смысловую нагрузку: В 1996 году корпорация Coca-Cola построила на территории Новосибирска собственный завод. На его открытие были приглашены первые лица области. Поскольку антагонистическое противостояние «синих» и «красных» сибиряков обошло стороной, проникнуться значимостью события приглашенные не смогли, в их числе оказался и Виталий Муха. «На открытии завода “Кока-Колы” выступал с приветствием и все время “Пепси-Колой” называл… То ли подсказали, то ли сам заметил, но резюмировал так: “А нам все равно, чем «Сибирскую тройку» запивать!”» — писала тогда «Новая Сибирь». Неверная расстановка акцентов — результат трансформации прямой речи губернатора (замена компонента «Сибирская тройка» на слово водка) и отрыв фразы от контекста. В итоге адресат, прочитав выражение нам все равно, чем водку запивать, делает акцент не на местоимении чем (напитки «Пепси-Кола» и «Кока-Кола»), а на существительном водка.
Прием «неадекватный комментарий» — в результате авторской обработки правдивой информации изменяется ее объем, расстановка акцентов, возникают новые (иногда полностью искажающие суть высказывания) смыслы. Неадекватный комментарий представляет собой имитацию процесса размышления журналиста вслух, при этом «факт, высказывание, действительно имевшее место, сопровождаются авторскими мнениями, оценками, предложениями, прогнозами, сомнениями, репликами, намеками в адрес политика и т. д.» (Руженцева).
Обращение к словам объекта дискредитации делает суждения корреспондента убедительными, основанными на конкретных фактах — приведенных высказываниях оппонента: Видный либерал Леонид Гозман так и сказал: «Реальность такова, господа, что в Кремле есть Путин. Мне эта реальность не нравится, но я не могу ее изменить…» А жить-то хочется. Вот и договорились, что либералы не будут критиковать основы политики Кремля, читай Путина.

4. Тактика «поляризация» базируется на актуализации в сознании адресата оппозиций, эксплуатации контрастных представлений, отделении одной социальной группы от другой. Одной группе приписываются только положительные черты и свойства, другой — отрицательные.
Прием «создание оппозиции “свой — чужой”» эксплуатирует инстинкт групповой принадлежности — социальное самосознание. Журналисты строят тексты на противопоставлении «мы-группы» (свои) и «они-группы» (чужие). В «мы-группу» включаются целевая аудитория издания и автор публикации (редакционный коллектив газеты). К «они-группе» относятся объекты дискредитации, положительный образ которых развенчивается за счет апелляции к мнению читателя, его эмоциям, решениям и поступкам, например: Мы — партия развития! И мы меняем Россию. Мы возвращаем ее величие и право на будущее. И нам еще много предстоит сделать. Сегодня в России есть всего две партии — партия развития и партия упадка, распада. И раздел этот проходит через все структуры и слои общества.
Разновидностью приема «создание оппозиции “свой — чужой”» является прием «констатация негативных действий по отношению к “мы-группе”», суть которого заключается в дискредитации деятельности конкретных лиц, социальных групп, партий за счет приведения «фактов», демонстрирующих негативное отношение к читателю газеты как представителю определенной общности (пенсионеры, учителя, многодетные семьи, «простые» граждане). Пример: Метет метла кризиса. Закрываются банки и рекламные агентства, заводы и лаборатории. Среди прочих закрылась центральная кремлевская лаборатория, вырабатывающая новую российскую идеологию. Лабораторию опечатали, сотрудники разбежались по суррогатным фирмам, и там кустарно, по контрафактным рецептам, продолжают стряпать порошки, таблетки, микстуры. Пичкают ими население, у которого наступает идеологическое отравление, идейные запоры, заворот кишок.
Корреспондент преследует цель дискредитировать кремлевские власти, в том числе сотрудников институтов, отвечающих за разработку национальной идеи. Так как журналист не обладает фактами и аргументами, подтверждающими его точку зрения, он апеллирует к эмоциям читателя, обращается к более абстрактным понятиям (идеалам, мнениям, чувствам). Для того чтобы вызвать у целевой аудитории состояние эмоциональной напряженности и опасения, корреспондент, во-первых, создает иллюзию вездесущности врагов, поэтому не вводит авторизацию, а использует существительные множественного числа (сотрудники, суррогатные фирмы, банки, рекламные агентства, заводы, лаборатории); во-вторых, реализует на уровне всего текста метафорическую модель «болезнь» (контрафактные рецепты, порошки, таблетки, микстуры, идеологическое отравление, идейные запоры, заворот кишок).

5. Тактика «“зацепка” за прецедентный текст» базируется на сопоставлении современной политической или социальной ситуации с фактами истории, ситуациями, описанными в притчах, мифах, фольклоре, художественных произведениях, рекламных роликах. Для манипулирования общественным мнением журналисты апеллируют к прецедентным фактам и прецедентным текстам — текстам, рассматривающимся как общеизвестные в конкретной речевой культуре.
Прием «обыгрывание стереотипов мышления» — использование стереотипов для формирования отношения к конкретной личности, группе лиц или событию.
Для дискредитации деятельности политиков и представителей органов власти часто используется стилизация под народный фольклор, например сказку или быль: Жил-был в Балабанове Калужской области торговец фруктами Насраддин Касымов, 33 лет от роду, самый обычный человек. Жил вместе с русской женщиной, родились у них трое дочерей — Вика, Роксана и Лейла. И все бы ничего, но глава семейства обходился без документов, точнее, паспорт СССР у него имелся, но он его давным-давно потерял. Читатель неосознанно симпатизирует герою публикации, которому прежде, чем «жить долго и счастливо», предстоит пройти ряд испытаний. При этом сотрудники правоохранительных органов и вся судебная система Российской Федерации оказываются в роли злодеев (героев-антагонистов).
Прием «когнитивное столкновение» — текст одной смысловой направленности оказывается в смысловом поле другого текста, что приводит к взаимодействию когнитивных сфер. При смешении дискурсов адресат неосознанно воспринимает не только очевидный смысл, отраженный в тексте, но и дополнительный смысл, скрывающийся за первым при наложении одного когнитивного поля на другое.
Например, статья, в которой журналист пытается разобраться, почему коммунисты записывают Тараса Бульбу в свои ряды, под заголовком «Red Bulба окрыляет?»: На прошлой неделе в Новосибирске состоялся «коммунистический просмотр» снятого с голливудским размахом фильма Владимира Бортко «Тарас Бульба»... Очевидно, что не только принадлежность режиссера Бортко к КПРФ, но и литературно-кинематографический характер самого Тараса Бульбы — «патриота-государственника и борца за общественное счастье» — сподвигла коммунистов сделать героя Гоголя чуть ли не кандидатом в члены партии.
Корреспондент специально акцентирует внимание читателя на связи заголовка публикации с рекламой пива Red Bull. Для этого используется гибридное написание на кириллице и латинице, а также рекламный лозунг (Red Bull окрыляет!). Игра слов позволяет актуализировать при помощи контекста значение словосочетания «красный Бульба», то есть имеющий отношение к коммунистам. Автор материала специально сталкивает в сознании читателя литературный (игра с именем собственным персонажа) и рекламный сюжеты.
Прием «травестирование» — комическая стилизация, которая позволяет корреспонденту реализовать дискредитацию объекта описания, нивелировав серьезность обсуждаемого вопроса. Например, «Баллада об Arctic Sea» Дмитрия Быкова, оформленная как подражание «Балладе о Востоке и Западе» Редьярда Киплинга: Близко время великих сдвигов, как когда-то пропел Rammstein, и тогда, о читатель фигов, ты узнаешь множество тайн. Жутких дел коснется огласка, все мы знаем эти дела: от кого родила гимнастка и кого она родила, был ли кепчатый мэр московский чист, как ангел иль вороват, чем подставился Ходорковский и Чичваркин чем виноват… Особенность графического оформления (поэзия представлена как проза) позволяет создать эффект неожиданности, а также переключить внимание читателя с содержания материала на форму.
Игра с прецедентными текстами выполняет в журналистском тексте две функции: аттрактивную (привлечение читательского внимания) и аргументирующую (когда объективные доказательства авторской точки зрения подменяются ироничными наблюдениями, направляющими читательскую мысль в нужное для манипулятора русло).

6. Суть тактики «превращение нейтральных контекстов в дискредитирующие» заключается в настраивании читателя на критическое восприятие позитивной или нейтральной информации о событии.
Прием «навязчивый комментарий» — журналист берет нейтральное или позитивное высказывание оппонента, находит в нем «зацепки» (как правило, это многозначные слова или словосочетания, которые можно по-разному интерпретировать) и обыгрывает их в негативном ключе. Например, статья, в которой оценивается предложенный президентом план кампании по снижению потребления алкоголя в России: Стоило президенту Медведеву объявить крестовый поход против пьянства, как политики, чиновники и даже некоторые представители алкогольной промышленности тут же высказали дружное «одобрямс»... И в стране началась PR-пирушка. Для того чтобы новая антиалкогольная кампания воспринималась читателем как непозитивное явление, журналист использует в своем комментарии иронию (крестовый поход против пьянства) и негативно-оценочную лексику (одобрямс, PR-пирушка).
На дискредитацию образа президента, который принимает популистские меры, так как не является компетентным лицом в рассматриваемых вопросах, работают и вербальные элементы прилагающейся к тексту карикатуры (прием «амфиболия»). Амфиболия — создание намеренной двусмысленности, которая возникает за счет столкновения нескольких значений в пределах одного контекста. Эффект двусмысленности возникает за счет обыгрывания русского и иностранного слова «бой». В сознании читателя происходит столкновение значений псевдоомонимов. Значения обоих слов актуализируются из контекста: первое — благодаря плакатному лозунгу «Пьянству — бой!», второе — из реплики персонажа-алкоголика «Пьянству — бой, а также герл, мэн и вумен!», а также за счет приема визуализации — изображения на карикатуре мужчины, женщины, девочки и мальчика. Таким образом, созданный комический эффект позволяет девальвировать аргументы сторонников президентской политики и создать у читателя иллюзию несерьезности обсуждаемого вопроса. Приемы «амфиболия» и «визуализация» являются универсальными и могут работать в рамках всех манипулятивных стратегий.

7. Тактика «оскорбление» заключается в выражении отрицательной оценки личности или деятельности человека, которая унижает его честь и достоинство, так как основывается только на вербальной агрессии (употребление инвективной лексики).
По форме выражения оскорбления делятся на косвенные и прямые. Косвенное оскорбление реализуется при помощи следующих приемов.
Прием «переход антропонима в этноним» — унижение достоинства объекта описания происходит за счет трансформации имен собственных в нарицательные существительные. Корреспонденты, как правило, строят текст, основываясь на безапелляционных утверждениях и эмоциональных обвинениях, например: Они — ющенки с яцуками и тимошенками — из кожи вон лезут, чтобы разорвать духовную и историческую слитность народов Малороссии и Великороссии.
Прием «амфиболия» — создание эффекта намеренной двусмысленности помогает журналисту завуалировать предъявляемые претензии и обвинения, например: 30 ноября прошлого года 100 процентов акций ОАО «ГУМ» были выставлены на открытый аукцион и проданы … ГУМалишенные депутаты предлагали разные варианты расходования этих средств, поступивших в городскую казну. Для того чтобы уничтожить репутацию депутатов, журналист создает окказионализм (за счет сращения элементов словосочетания ГУМа лишенные).
Прием «дисфемизация» — уничтожение доброго имени объекта описания, унижение его достоинства за счет упоминания о человеке в непристойном контексте. Реализуется за счет употребления лексики, связанной с обозначением физиологических процессов и сексуальной сферой жизни. Пример: заголовок статьи, в которой рассматриваются перспективы реализации приказа президента о сокращении срока службы в армии до полутора лет, — «Рвотный позыв на льготный призыв».
Прямое оскорбление базируется на таких следующих приемах.
Прием «выражение авторских эмоций» — намеренное оскорбление и унижение оппонента подается как экспрессивное и эмоциональное выражение мнения журналиста. Журналист унижает достоинство объекта описания или опорочивает его деятельность за счет использования слов грубого, пренебрежительного обращения или негативной, оскорбляющей характеристики (придурок, идиот, урод и т. д.)
Прием «аргумент к личности» — внимание читателя акцентируется не на обсуждаемом вопросе, а на личностных особенностях героя: внешности, вкусах, привычках. В результате тема материала остается в стороне, а на первый план выходит негативное освещение личных качеств объекта (акцентирование внимания на национальной принадлежности, критика интеллектуальных способностей и физических особенностей человека).
Прием «осмеяние» по своей сути близок приему «принижение иронией» (тактика «бездоказательное умаление авторитета»), но есть и существенные отличия, связанные с целями и средствами реализации. Во-первых, в основе осмеяния лежит сарказм, а не ирония. Во-вторых, журналист реализует прием «принижение иронией» для умаления чьего-либо авторитета без предъявления читателю доказательной базы. Осмеяние же является способом установить контакт с адресатом, «делая “козлом отпущения” третье лицо» (Жельвис). Пример:
Кириенко обманул —
Всех на «баксы» киданул
Он такой уже давно
Беспринципный, как …
все российские олигархи!

Данный текст представляет собой ребус, который читатель должен разгадать, восстановив зашифрованные элементы обсценной лексики. Подобная языковая игра позволяет журналистам, во-первых, зацепить внимание целевой аудитории, во-вторых, уйти от правовой и этической ответственности (в суде будет сложно доказать факт оскорбления личности).

8. Тактика «агрессивный оппонент» — представление собеседника в невыгодном свете за счет демонстрации его некомпетентности, неадекватности поведения или даже сообщения компрометирующих сведений. Задача журналиста — создать у целевой аудитории иллюзию диалога корреспондента с объектом критики и любыми средствами поставить оппонента в позицию виновного и оправдывающегося.
Прием «обвинение» — в процессе рассуждения на определенную тему журналист выступает в роли прокурора, который предъявляет конкретному человеку или обобщенному оппоненту действительные или смоделированные претензии. Форма их подачи носит грубый, вызывающий характер, например: Наши правозащитники с поджатыми губами, эти вчерашние хулители СССР, теперь блеют, как прооперированные овцы, лишенные даже овечьих мозгов: «Ведь были же братские народы, а теперь!» Лоботомированные правозащитные особи, вы мне скажите, когда были эти братские народы? Когда они были, я вас спрашиваю? Эффект диффамации деятельности правозащитников возникает за счет развернутой зоосемантической метафоры (блеют, прооперированные овцы, овечьи мозги), личной адресованности, представленной в категоричной форме (вы мне скажите, я вас спрашиваю).
Прием «дубитация» — ряд вопросов к воображаемому собеседнику, которые служат для постановки проблемы и, как правило, являются суждениями, умозаключениями журналиста, носящими разоблачительный характер. Пример: Почему Клебанов мочил в шампанском свои мышиные усики у орудий, отражавших во время Германской налеты немецких «асов»? Почему скандально-куртуазная Канделаки терлась о пушку, стрелявшую в сторону Зимнего?..


Продолжение во втором посте.
Tags: польза, человек изнутри
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments