Екатерина Ливанова (Кэт Бильбо) (kat_bilbo) wrote,
Екатерина Ливанова (Кэт Бильбо)
kat_bilbo

Categories:

"Айвенго", США, 1982

Я тут случайно напоролась в сети на американский фильм "Айвенго" 1982 г., воткнулась в него и посмотрела несколько раз подряд. Понравился очень.

Так-то вроде бы ничего особенного и сногсшибательного. Фильм довольно точно следует книге - по крайней мере, там ничего не переврали, только отсутствует ряд эпизодов, из них сюжетообразующие - пирушка в замке Седрика, выступление Робин Гуда на турнире, попойка Чёрного Рыцаря с братом Туком. Но это потому, что фильм открыто сосредоточен (и об этом даже заявляет рассказчик за кадром) в первую очередь на любовной коллизии Айвенго и двух девиц, всё остальное максимально выведено на второй план. Однако выведено аккуратно и в меру, чтобы повествование осталось повествованием о рыцаре, а не о страданиях двух девчонок (или одной).

Диалоги и отдельные моменты действия кое-где сшиты неаккуратно, есть и пара дыр. Например, осталось загадкой, что именно побудило Айвенго вызвать Буагильбера на смертный бой на турнире, или что такое важное связывает Ричарда и Айвенго, что король настолько беспокоится и заботится о рыцаре.

Костюмы временами смешные - трогательные бутафорские короны, или вот мантия из искусственного меха на принце Джоне (в фильме вообще много искусственного меха). Фильм производит впечатление откровенно малобюджетного. Но можно не обращать на эти мелочи внимания, как мы пропускаем их мимо сознания на наших ролевых играх. Особенно если есть более важное и интересное, на что можно и нужно посмотреть.

Главное - в этом фильме очень хороши и актёры сами по себе (в основном британские), и интерпретация образов режиссёром - так что доставляет большое удовольствие читать эти образы, разбирая по мелочам.




Aivengo.1982_0001

Айвенго (Энтони Эндрюс) - здесь это явный "книжный мальчик", романтик, тонкая натура; политические интриги отца ему не близки; он покидает родной дом, чтобы следовать за "королём-рыцарем" Ричардом Львиное Сердце в крестовый поход, он верен идеалам рыцарства даже в речах и мелочах, так же, как верен своей любви, невзирая на испытания, которым она подверглась.

Aivengo.1982_0016

Невысокого роста, не особо массивный по природе, но обрастивший себя мышцами и жилами - он из тех, кто учится драться для того, чтобы, во-первых, доказать себе, что может, а во-вторых - чтобы уметь и мочь победить. Из таких мальчиков при удачном раскладе получаются паладины хрен-знает-какого уровня, способные снести любого врага на своём пути. При ещё большей удаче они умудряются сохранить внутреннее изящество, благородство и чувствительность. Гриновский Грэй - наверное, наиболее сходный типаж в этом смысле.

(Забавная чисто личная ремарка про актёра даже, а не про героя: у меня водился когда-то такой персонаж в околоперекрёстковых сюжетах, дорожный проводник Стив Эндрюс - на внешность почти один-в-один с этим Эндрюсом, только рыжий).

Aivengo.1982_0020



Ровена - её традиционно уничижительно сравнивают с Ревеккой: мол, та и сильнее, и духом богаче, и вообще она крута, а Ровена никакая, что Айвенго в ней нашёл. Давайте посмотрим на Ровену в этой повести (Лизетт Энтони). Она совсем юная, почти подросток, ей на вид - лет 15-16, не больше. (Кстати, она несовершеннолетняя, об этом здесь говорится открытым текстом. Когда в 12 веке наступало совершеннолетие для женщины, кто подскажет?)
Девочка нежная, на чистом сливочном масле воспитанная под крылышком любящего дядюшки. Эта милая смешливая барышня, судя по всему, выросла на глазах у Айвенго, который её лет на 8 постарше; именно такая заведомая, уже практически родственная любовь, как у Ровены и Айвенго, как раз и бывает очень крепкой, с одной стороны, с другой же стороны - она уже привычна, светится ровным светом уже без эйфории, и какое-то новое чувство имеет шанс проверить её на прочность.
Ровена чистая, добрая, благородная, просто она ещё совсем не знает жизни; она знает, как следует поступать, чтоб было хорошо и правильно, она хочет и старается поступать именно так - но, во-первых, она не всегда представляет себе, как это осуществить практически, во-вторых - она ограничена в возможностях, будучи под опекой без права ступить хоть шаг самостоятельно (оба момента отлично фиксируются в эпизоде с раненым Айвенго). Поэтому она в трудные моменты естественным образом теряется или просто плачет.
Все возможности для Ровены что-либо сделать - это либо пассивное сопротивление - "не буду, не стану, ни за что не соглашусь!" - либо повлиять на дядюшку (как в сцене на лесной дороге, где она, наконец, откровенно надавила на измученного беспокойством и чувством вины Седрика; видимо, у неё тоже уже накипело).

Aivengo.1982_0006

Aivengo.1982_0007

Aivengo.1982_0017

Эта барышня явно взрослеет к концу фильма и становится сильнее. Из неё зримо прорастает прекрасная, добрая и мудрая леди, женщина, королева.

Девушка, которая играет Ровену, очень красива и мила. На мой взгляд, конечно, её излишне вымазали косметикой. Или так румяниться на самом деле было вполне аутентично, кто подскажет? То же касается и причёски: мне кажется, что такая завивка чересчур парикмахерна для 12 века (хотя я могу и ошибаться). По мне, напрасно её так разукрасили по моде 80-х; без штукатурки и завивки она смотрелась бы гораздо естественнее и милее.

Aivengo.1982_0025



Ревекка (Оливия Хасси) - совсем другая. Первое, что хочется сказать - она невероятно, нечеловечески красива. Я зуб дам, что эта актриса - эльфийский подкидыш в человечьей британской семье. Лютиэн, запросто.

Aivengo.1982_0028



Aivengo.1982_0004

Это узкое треугольное лицо, эти глаза, брови, рот - в отличие от Ровены, которая напоминает недораспустившийся цветок, Ревекка графична. В ней нет ничего неоформленного, расплывчатого - ни в чертах, ни в речах, ни в поступках. Она предельно точно выражается, решительно действует и в любой момент понимает и свои собственные мотивы и причины, и ситуацию, в которой находится. Она старше, свободнее в действиях, гораздо лучше знает жизнь и людей, много умеет, практична и образованна; за ней, на минуточку, стоит высочайшая тысячелетняя еврейская культура и премудрость.



В таком контексте немудрено, что на неё запал рыцарь-храмовник, тамплиер - человек, который, несомненно, знаком с жизнью Духа. То есть - он знает, как надо, как это должно быть, он способен распознать, его ведь тоже этому учили! - и именно его тянет к этому огню, как к утраченному идеалу - и этот идеал, в конце концов, оказывается сильнее и сжигает его.

Aivengo.1982_0013

Ревекка, как ангел, притягивает к себе любого - но это притяжение бесплотно. Буагильбер уже настолько отпал от Духа, что просто не в состоянии этого помыслить, на осознанном уровне он понимает ситуацию привычно, в меру испорченности: девушка привлекает, значит - хочу с ней спать. Но и он чувствует, что этот хрупкий сосуд света невозможно взять силой, поэтому он просит её любви. И его отношение к ней полно противоречий - то он готов молиться на неё, то готов уничтожить - ему больно от этого света.

Aivengo.1982_0035

В книге Буагильбера убивают и низвергают во адЪ его же тёмные страсти. В этой повести выходит иначе. Он гибнет телом, но Ревекка и его к ней любовь, которая постепенно и трудно прорывается сквозь грязь, похоть, метания и неосознанность подлинного стремления, его жертва - это его билет на небеса.

Aivengo.1982_0040

Опять же, понятно, почему Айвенго тоже возвышенно увлечён Ревеккой - но это не губит его любви к Ровене, хотя и порождает раздвоенность и некоторое смятение. Преимущество Айвенго в том, что он просто знает, как следует поступать, как он поступит в любом случае; и для него здесь нет подлинного соблазна, есть лишь сожаление о том, что всё легло именно так, и любой вариант будет в своём роде печален.



Ровена и Ревекка - эти две девчонки настолько из разных плоскостей мироздания, что невозможно помыслить о том, будто одна может в чём-то заменить другую, и сравнивать их бессмысленно. Для того же Айвенго Ровена - это дом, а Ревекка - небо.



Aivengo.1982_0008

Неожиданно мне понравились норманны-зачинщики, главные злыдни первоисточника, все трое - Фрон де Беф (Джон Рис-Дэвис), Буагильбер (Сэм Нейл) и де Браси (Стюарт Вильсон).

Aivengo.1982_0042

Aivengo.1982_0032

Aivengo.1982_0030

Читая книгу (или смотря старое кино), думаешь про них одно: вот уроды, скорей бы им настал закономерный хэппи-энд. Они злодеи, им не сочувствуешь - ну, разве что де Браси немножко, и то лишь потому, что автор прямым текстом неоднократно отмечает: тот ещё не совсем потерял человеческий облик и совесть (наверное, потому ему и позволено автором выжить).
Здесь - свежий для меня поворот. Молодые мужчины, парни, красивые, сильные, полные в первую очередь жизни, а не мутного зла. Глядя на них, не думаешь - "поскорей бы с ними расправились" - наоборот: вот целовать бы таких, смеяться с ними, любоваться, безумно жаль, что они двинулись по скользкой дорожке, сидишь и огорчаешься - ну надо же, какие остолопы, ну зачем они это всё?..
То есть, нет ощущения, что эти взрослые мужчины чётко знают, чего хотят и что делают. Делают они то, что левая пятка захотела, их болтает, как цветочки в проруби, поэтому и заканчивают они печально.

Aivengo.1982_0041

Aivengo.1982_0005



Фрон де Беф офигенно смахивает на молодого Батыршина, по крайней мере - на его любимое амплуа на играх, такое хитроватое, беспринципное, уверенное в себе жизнерадостное хамло. А в отдельные моменты напоминает даже Эльдарчика.

Aivengo.1982_0024

Де Браси и Буагильбер у меня чётко проассоциировались с казанскими феанорками старого разлива. Красавцы, альфа-самцы, полные силы и шарма, потрясающе обаятельные - но смотришь на них и видно, что они уже надломаны, уже оступились, не сейчас, раньше, и внутри каждого всё быстрее тикает его бомба.



Принц Джон (Рональд Пикап), кстати, тоже непривычно не противный. Да, затеял игру, ну, проиграл - судьба такой. А в остальном - ничего себе дядечка, с шармом.



Ричард Львиное Сердце (Джулиан Гловер). Его образ сильно урезан по сравнению с книгой, но одновременно он как-то сильнее похож на исторического Ричарда Плантагенета (и выглядит исторично: высокий, светловолосый). В первую очередь - той бешенкой в глазах, которая всю дорогу проглядывает сквозь улыбки, красивые жесты и куртуазию. Всё вроде бы очень благородно, но всё время ожидаешь взрыва - а там уже может быть что угодно, и недаром старый мудрый еврей Исаак побыстрее покидает Англию, не полагаясь на благоволение владыки - ненадёжная это штука, благоволение владык, а уж этого - особенно: кто знает, что и в какой момент ему в башку ударит?

Aivengo.1982_0018

Но в целом Ричард - персонаж в этой версии глубоко второстепенный, своего рода "король-из-машины", и появляется ровно в трудные моменты. "Он придёт и молча исправит всё".



Седрик (Майкл Нордерн) хорош - старый самодур, одержимый идеей реванша саксов, несгибаемый воин и гордец, благородный и глубоко любящий отец и господин.

Ательстан (Майкл Готард) неожиданный тоже - не простой и жизнерадостный добряк, как в книге; здесь он совсем другой. Он более тонкий и какой-то почти интеллигентный - такой панкующий интель, прикидывающийся грязной ветошью, видали мы таких по жизни.
Ему, несомненно, противно быть "свадебным наследником", шахматной фигуркой в политических амбициях Седрика, племенным жеребцом, прописанным традицией для Ровены; он прекрасно понимает, что все планы Седрика - несбыточные мечты, мир давно изменился, ничего никогда не будет, и с его лица не сходит выражение омерзения: угасающий "старый мир" саксов всей грудой веков лежит на плечах последнего доживающего потомка. Он выглядит так, словно у него внутри постоянно болит, и его плющит.



Поэтому он пьёт и жрёт - это не эпикурейство, это его форма ухода от настодоевшей ему действительности, он замкнут в своей обороне наглухо. До тех пор, пока действительность не пришла к нему так, что не отмажешься. И вот мы видим очень хорошего и на самом деле сильного человека, который сначала предъявляет свою чёткую и твёрдую позицию, потом берётся за меч, а в финале принимает решения, отрегулировавшие раз и навсегда и политические претензии Седрика, и вопрос семейного счастья Айвенго и Ровены. Бац! - и сверкнула королевская кровь.



Разрубил заскорузлые узлы - и вновь закрылся. Впрочем, он ведь присягнул королю, и тот вряд ли позволит ему задаром спиться - Ричарду нужны воины в этот момент как никогда.
Кстати, прочла про Готарда, что тот страдал депрессиями и рано умер - покончил с собой. Ужасно жаль. Предполагаю, тем не менее, что, видимо, характер и натура артиста наложили свой отпечаток на образ персонажа.
(Вот здесь целая подборка Майкла Готарда в роли Ательстана: http://michaelgothard.blog.ru/112690563.html)

Aivengo.1982_0026

Исаак (Джеймс Мэйсон) очень трогателен и убедителен.

Aivengo.1982_0015

Шут Вамба (Джордж Иннес) тоже очень трогательный, добрый-добрый, очень милый такой дядечка, нянька всеобщая, прям на слезу прошибает.

Aivengo.1982_0023

Робин Гуд (Дэвид Робб), монах Тук (Тони Хайгарт) и все лесные братья - так, проходные персонажи, что немудрено, поскольку эту линию в фильме минимизировали. И да - я безнадёжно испорчена Хмельницким в роли Робин Гуд, это импринт.

Aivengo.1982_0036

Вздыхаю: несбыточная мечта - увидеть "полную версию" - то есть, с теми же актёрами, но без купюр, всю книгу целиком. Жаль, что невозможно. И так фильм - 2 часа 20 минут, для 1982 г. очень даже нехило.

С удовольствием помещаю фильм в свою фильмотеку. Наверняка буду ещё пересматривать.
Tags: мыслишки, под лупой
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments